ПОЛОВЦЫ КЫПЧАКИ

ПОЛОВЦЫ КЫПЧАКИ: В ПОИСКАХ РОДИНЫ

 

 

Степь от Волги (Итиля) до Алтая, получившая в сочинениях восточных авторов наименование Дешт-и Кипчак (т. е. Степь Кипчаков или Кипчакская степь), населялась многочисленными племенами кочевников, названных кыпчаками. Западнее же Итиля в то время господствовали в степи печенеги, изгнавшие из Северного Причерноморья мадьяр и подчинившие отдельные группы прежних обитателей степи – аланов и булгар, кое-где в Крыму и хазар.

И вдруг в 1050 г. на южных границах Руси русскими «сторожами» замечены новые в этих местах кочевые группы – торки, уже известные на Руси по совместному походу на волжских булгар в 985 г., но тогда они кочевали за Волгой. Что же привело торков к рубежам Руси?

Появление новых племен на границе обеспокоило переяславльского князя Всеволода Ярославича. Узнав, что торки обосновались близ русского городка Воин и занимаются грабежом пограничных сёл, князь в 1055 г. организовал на них поход. Разгромив и отогнав в степь торков, он встретил людей неизвестного досель на Руси народа; заключив с их предводителем – ханом Болушем мир, очевидно князь захотел поближе познакомиться с новыми пришельцами и, прежде всего, узнать кто они, «какого роду-племени». Их ответ– «сары» (дословно – «желтые») был, вероятно, диковен для русин (так называли себя жители Южной Руси) – цветовое обозначение народа не было принято на Руси, потому и перевели слово «сары» – полова (солома, по цвету соответственно – «сары»), так назвали новых пришельцев и повстречавшихся вслед за ними другие племена кочевников – «половцы». В 1061 году произошло первое нападение половцев на Русь – и началась непростая история взаимоотношений кочевых племен – половцев с оседлой Русью.

С 1096 года стали известны на Руси и другие группы племен – куны и куманы, но всех их продолжали называть по первому встретившемуся племени – половцами («сарынями» как называет летописец их самоназвание в древнерусском произношении). Кто же такие эти племена: сары – половцы, куны, куманы? Откуда они? Почему пришли в степи Северного Причерноморья и Северного Кавказа?

А началось движение этих племен далеко на востоке, у границ Китая, страны получившей свое название в некоторых языках, в т. ч. в русском, от этнонима «кидани» («кытаи» в тюркском произношении). В 907 г. кидани создали свое государство (названное Ляо, 947-1125 гг.), распространившее свою власть от Японского моря до восточных отрогов Тибета. Его возвышение означало, что в Центральной Азии господство тюркских племен, создавших Тюркский, Уйгурский и Кыргызский каганаты сменилось доминированием монгольских племен. Сложившаяся ситуация вынудила многие тюркские племена, оказавшиеся близ границ киданского государства откочевать на Запад. Об этом кратко сообщает придворный врач сельджукского султана Маликшаха Шараф аз Заман Тахир Марвази (т. е. уроженец Мерва) в своем трактате «Природа животных» (1120 г.), где нашлось место для сведений по истории и этнографии, сообщает: «среди них (тюрков) есть группа племен, которые называются кун, они прибыли из земли Кытай, боясь Кыта-хана. За кунами последовал народ, который называется каи. Они многочисленнее и сильнее их (кунов). Куны переселились на землю шары, а шары переселились на землю туркменов. Туркмены переселились на восточные земли огузов, а огузы переселились на земли печенегов, поблизости от Армянского (Чёрного) моря» (цитата из книги Кляшторный, Султанов, 2004, с. 133.). Страна Кытай – государство киданей с центром в бассейне реки Шара-Мурэн (ныне Внутренняя Монголия, КНР), туркменами в X–XII вв. восточные авторы называли тюрков, принявших ислам (в данном случае ими были карлуки Семиречья).
Таким образом, миграцию на запад начали куны, бежавшие от киданской угрозы покорения, на новом месте они подверглись нападению каи, «которые сильнее и многочисленнее их» (Марвази). Когда и откуда началось движение, каков был характер взаимоотношений между мигрантами и племенами, по территории которых они продвигались, в частности с кыпчаками, точно не известно. Можно лишь предположить следующее, рассмотрев этническую историю племён – участников этой миграции.

КУНЫ. Одно из древних тюркских племён, занимавших видное место в конфедерации теле. Упоминается в китайской хронике династии Суй (581–618 гг.) и Тан (618–906 гг.) под этнонимом хун наряду с племенами вэйхо (уйгуры) и сеяньто (будущие кыпчаки). В VII–VIII вв. куны входили в состав токуз-огузов, а в 745–840 гг. – Уйгурского каганата. После его падения они откочевали на восток, где в начале

X века оказались в сфере влияния киданей. Очевидно, в этом веке и произошёл первый этап миграции. В 1029 году Абу Рейхан Мухаммад ибн Ахмед ал Бируни (973-1048 гг.), находясь на службе при дворе султана Махмуда Газневи, упоминает в своём сочинение «Тафхиме» неизвестных дотоле мусульманскому миру кунов и их соседей – каи. Махмуд Кашгари в своём «Собрании тюркских наречий» (1074 г.) называет каи племенем, знающим «свой (не тюркский) язык», но хорошо говорящими по-тюркски и помещает их вблизи ябаку, чомулов и басмылов, обитавших на территории от Восточного Семиречья, через Джунгарию и Алтай до Оби. О кунах Махмуд Кашгари не пишет, не сообщают о них в составе племён Дешти-Кипчака и мусульманские авторы более позднего времени. Они известны на Руси, а в Венгрии их этноним стал наименованием всех тюркских кочевников с 1070 года до монголо-татарского нашествия на страну в 1241 году. Кунами же называют и потомков тех же половцев и куманов, бежавших от монголов и поселившихся в Венгрии. На Руси этноним «куны» (в древнерусских источниках – хины, чины) не вытеснил этникон «половцы», но в некоторых случаях оба названия сливаются, образуя новый – «сорочины» или «сорочинцы» (Добродомов, 1978 г.).

Среди некоторых исследователей бытует мнение, что куны и куманы – один этнос: этникон «куман» – производное от термина «кун». Мнение ошибочное: это разные племена, и географически, и исторически, и лингвистически (в пределах тюркского языка), как различна семантика их этнонима.

КАИ. Судя по этнониму (монгольск. – «змея») и по свидетельству М. Кашгари о двуязычности каи (имели свой язык, но хорошо говорили по-тюркски), сей этнос был монгольского происхождения и в XI в. процесс его тюркизации ещё не завершился. В мусульманских источниках каи впервые упоминаются в «Тафхиме» Бируни в 1029 г. вместе с кунами по соседству с племенами чомул, ябаку и басмыл, причём известно, что последние обитали в северной части современной Джунгарии (Синьцзян, КНР). Каи обычно отождествляются с монголоязычными племенами «си», родственными киданям, причём, по мнению С.Г. Кляшторного, часть их («белые си») упоминаются китайскими источниками VII в. в составе племён теле, но веком позже в составе токуз-огузов (уйгур, байырку, буку, киби, кун/хун, сёгир, тонра) их нет. Возможно, и были связи каи с тюрками, но во времена Махмуда ал Кашгари они ещё сохраняли монгольский язык и монгольский этноним. Мнение С.М. Ахинжанова о тождестве каи и кимаков, т. е. йемеков противоречит Махмуду Кашгари, который отделяет их друг от друга и сообщает о тюркоязычности йемеков и двуязычности каи.

ПОТОМКИ ПОЛОВЦЕВ
в Беларуси и России.

Половецкие поселения в Беларуси были основаны людьми хана Тегака по приказу князя Даниила Галицкого. Даниил был женат на дочери князя, известного на Руси Мстислава Удатного (т. е. Удачного, а не Удалого как его часто называют в исторических романах), внучке хана Котяна, причём сватом был хан Тегак. Отряд половцев Тегака неоднократно (в 1245, 1249, 1251, 1252, 1253 гг.) упоминается в войсках Даниила Галицкого и его брата Василия Волынского, в княжество которого входила Берестейская земля (ныне Брестская область).

С точки зрения предполагаемого родства Тегака с известным в истории ханом интересно, что на территории между деревнями Песчатка и Голей в XIX веке лежало урочище Боняк, хотя возможно это имя было широко распространено среди половцев. В последний раз жителей этих деревень назвали половцами в 1516 году, но до 1918 года по данным справочников по Брестской губернии существовала Половецкая волость (куда входили эти деревни) с центром в Песчатке Половецкой. В прошлом наиболее крупной деревней и центром Половецкой волости был Суходол (в 56 км от Бреста). В 1566 году Суходол упоминается в рассказе брестского старосты как крупное село, его мужчины служили в Брестском замке, развозили почту. Известно, что селом этим владел некий пан Станислав Суходольский, очевидно польский шляхтич.

В 1921–1939 гг. эти деревни входили в состав Польши (причём название– Половецкая волость – исчезло), затем – Белорусской ССР. По данным на 1940 год число их жителей составляла 1087 человек, но в 1941–1944 гг., в период немецкой оккупации, численность населения деревень сократилась, достигнув в 1960-м 902 человек.

В 1960-е годы численное первенство населения перешло к деревне Пограничной, образовавшейся в 1964 году из слияния двух деревень – Старой и Новой Голь. В настоящее время здесь имеются средняя школа, библиотека и Дом Культуры. Она же является центром хозяйственного объединения (СВК) «ПОЛАВЦИ», куда вошли жители и других «половецких» деревень. Однако молодёжь продолжает покидать деревни: по последним данным на 2005 год в этих деревнях осталось 549 человек, в том числе в деревне Пограничная – 447. Проживая около 760 лет среди белорусов и деля с ними их сложную судьбу, половцы ассимилировались, потеряв все свои расовые и этнические особенности. Но, назвав своё экономическое объединение (СВК) «Половцами», жители указанных деревень в некоторой степени проявили, так сказать, свою этническую идентичность. В настоящее время у этих потомков половцев сохранились лишь некоторые характерные фамилии: Бергеба, Колток, Тегак.

Венгерские половцы/куны.

Как известно средневековое королевство Венгрия включало в свой состав, помимо Венгрии, территории всей современной Словакии и части Румынии. Данные здесь сведения о кунах касаются лишь территории современной Венгрии, без учета венгров Румынии, Сербии и Словакии, в составе которых возможно также есть куны (о них речь пойдёт ниже). А в собственно Венгрии имеются две исторические области, названия которых прямо указывают на их историческую связь с кунами – Надькуншаг («страна больших или старших кунов») и Кишкуншаг («страна малых или младших кунов»). Страны есть, но есть ли там куны? Или люди, осознающие себя их потомками? Как народа кунов нет, но потомки исторических кунов существуют. В «столице» Надькуншага городе Карцаг функционирует общество Кунсёветшег, занимающееся распространением знаний о кунах и истории их края в Венгрии. В Карцаге создан Иштваном Дьёрффи (1884–1939 гг.) «Надькун музеум», в котором рассказывается и показывается приход кунов в Венгрию и особенности их жизни на новой родине до того времени пока эти особенности существовали. В 2008 году я побывал в Карцаге, в музее и некоторые его данные использовал в этой книге. Как мне говорили местные жители, кунов в городе немного, они живут вокруг его в небольших селениях (фалу) и на хуторах (танья). Но, всё же, большая часть кунов проживает именно в Надькуншаге, в других районах Венгрии, в том числе и в Кишкуншаге – их намного меньше (впрочем, статистика их не учитывает отдельно от венгров, поэтому численность и расселение кунов в стране не известны). Таким образом, средневековые половцы/куманы/куны не оставили после себя «этнического наследства» в виде этнических групп в составе тех или иных народов, подобно тому как это случилось с кыпчаками. Единственное исключение – куны Венгрии (палоци)

Отправлено из Mail.Ru для Android