СТЕПНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ (К СПЕЦИФИКЕ ФЕНОМЕНА)

СТЕПНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

(К СПЕЦИФИКЕ ФЕНОМЕНА)

 

Кумеков Б.Е.    Казахстан, Астана      академик НАН РК,    профессор ЕНУ

   Кардинальный скачок в развитии степных обществ на обширных просторах евразийской аридной зоны произошел с переходом к кочевому скотоводству. В эту эпоху наблюдаются существенные изменения в уровне общественного развития и материальной культуры, позволяющие связать кочевое общество  с понятием цивилизация. Между тем, основные параметры цивилизации оседлого ареала большинство исследователей сопрягают  с институтом государства, городами, письменностью и культурой. Это понимание дефиниций главных составляющих цивилизации проистекало из закономерностей развития оседло-земледельческих культур, где формировались основы урбанизма и первых цивилизаций.

Впрочем, парадигмы цивилизации оседлых культур имеют проявления и в степной цивилизации, которая была наделена самобытной спецификой. Без выявления специфики кочевых обществ невозможно объективное понимание закономерностей их развития.

Зарождение государственности на территории Казахстана связано с сакским обществом (VIII-III вв. до н.э.), основным видом деятельности которого было кочевое и полукочевое скотоводческое хозяйство. Очевидцы характеризуют их как доблестных воинов, богатых конями, великолепных наездников и самых искусных стрелков из лука в мире. Саки находились на стадии формирования раннеклассового общества, с рельефным выделением трех сословий во главе с элитой, с тенденцией развития по пути военного аристократического политогенеза. Верховный вождь (царь) считался избранником богов, посредником между небом и землей. Принципиально новым явлением в культурном творчестве саков стало изобразительное искусство, получившее наименование «звериный стиль», который сложился как выражение их мировоззрения, как воплощение в художественной культуре их мифологии, как особая знаковая система для выражения идеологии кочевников. Это и свидетельство высокого уровня знания технологии металла и развитости художественного мышления.

В IV-III вв. до н.э. у саков появляется письменность — важный атрибут государственности. Судя по всему, ход становления государства и появления письма у саков был процессом взаимосвязанным, одновременным.

Специфика кочевого быта порождала характерные особенности в социуме. В условиях номадного общества наибольшее значение  имела не земля, а население. Кочевники могли подвинуться, передвинуться, более того мигрировать, чего нельзя сказать  о земледельческом населении, привязанном к земле. В кочевой среде действовал принцип – будет народ, найдется земля. Приоритет населения в Великой степи по отношению к земле является  одним из важнейших методологических принципов в понимании степной цивилизации как важного явления в мировой истории.

Вместе с тем специфика степной цивилизации нашла отражение  и в культуре основополагающей скотоводческой деятельности, доминанте развития производительных сил.

С эпохи ранних кочевников, как мне представляется, в развитии производительных сил происходит радикальная  трансформация. После перехода к всадничеству, оснащения конской упряжи и вооружения, рассчитанного на кочевника, скотоводы Великой степи ступили на биологический путь  развития производительных сил вместо технологического характерного для оседлых культур. Знамением эпохи стало генеральное направление, связанное с выведением пород и мастей скота. Гунны разводили лошадей лучших пород. Конница гуннов, как отмечается в китайской летописи, делилась на четыре армии, различавшиеся мастью коней, при этом десятки тысяч воинов восседали на одной масти: на белых, серых, вороных и рыжих конях. Хорошо обученные и выносливые, они были основой армии и могущества государства. В эпоху раннего средневековья арабский путешественник  Тамим ибн Бахр  (IX в.) видел царя кимеков  и его войско, восседавших  на лошадях «с тонкими копытами», по всей вероятности, он имел в виду стройную породу лошадей. Вследствие высокой специализации лошади Дешт-и Кипчака были всегда востребованы в сопредельных и отдаленных странах и ценились высоко.

Наряду с этим в источниках имеются описания пород овец. У тюрков, сообщает арабский географ Х в. Ибн аль-Факих, «овца дает приплод не менее четырех, а бывает, что и пять и шесть ягнят. Если же приплоду бывает два или три, то только в единичных случаях». Вместе с тем одна порода овец была с маленьким хвостом и короткой шерстью, приспособленная покрывать большие расстояние. Другая, очень крупная с большим хвостом (курдюком), который волочился по земле. Иногда такие курдюки клали на маленькие тележки.

Выведение пород скота, способного к сезонному кочеванию, выработка  методов использования пастбищ и водных ресурсов территории позволили создать экологическую материальную основу развития степной цивилизации. При отсутствии внешних воздействий такая цивилизация вела к интенсификации производства без ущерба экологического фонда.

Процесс зарождения государственности, начавшийся в сакском обществе, получил дальнейшее развитие в обществах кыргызов, кипчаков, усуней, канглы и,  в особенности, крупном военно-политическом образовании гуннов, создателей первой кочевой империи, а вскоре тюркских преемников в Центральной Азии. Политегенез гуннов служит во многом моделью для последующих государственных образовании. Специфика верховной власти гуннского общества заключалась в том, что государством правил династийный род во главе с верховным правителем. Конфедерация гуннов состояла из 24 племен, структура которой была строго регламентирована в соответствии с династийным, социальным и политическим уровнем каждой из этнических единиц. Строгая иерархия родов и племен в кочевнических государствах Великой    степи была основополагающим принципом общественного и государственного развития. Своеобразие динамики этносоциальной общности степной цивилизации обнаруживает атрибуты развитой государственности с родоплеменными структурами, существующими как активно действующие социальные и социально-психологические факторы.

Армия гуннов строилась по десятичной системе исчисления, для поддержания в ней строго порядка и дисциплины. Военно-административная система в кочевом обществе составляла единое целое в отличие от оседло-земледельческой полосы, где они были разделены. Все высшие администраторы одновременно являлись и военачальниками. Военной организации и военно-административной системе придавалось исключительное значение, ибо они отражали специфику кочевого быта и были наиболее органичными и удобными для кочевого способа существования.

Государственные традиции гуннов стали реальным прообразом государств кочевников евразийских степей.

В VI в. начинается новый этап в развитии государственности кочевников, связанный с первой евразийской империей – Тюркским каганатом. Китайская историография связывает историю тюрков с распадом гуннской державы. По представлениям тюрков, средоточием их государственности, лицом, воплощавшим в себе государство, являлся каган. Тюркские каганы правили по воле Неба, которое они чтили и понимали в двух ипостасях – в материальном смысле и как верховное божество. Они верили, что каганы обладают «небесной харизмой», особой силой и качествами, дарованными им Небом.

Традиционная форма военно-административного управления включала разделение на центр, восточную и западную части, обеспечивая стабильность управления и обороны.

Племена в социальном плане делились на аристократические, подчиненные и вассальные, связанные между собой строго установленными иерархическими отношениями.

Одним из высших достижений эпохи стало создание и широкое распространение в Центральной и Средний Азии, Восточной Европе древнетюркской письменности, которая обладала двумя существенными и неоспоримыми достоинствами – автохтонностью и аутентичностью. Древнетюркская письменность была наиболее приспособленной для передачи фонетических закономерностей тюркских языков и диалектов. Очевидно, необходимость в письме возникла из нужд административной, хозяйственной и дипломатической практики, из потребности фиксации государственных актов и традиций. Древнетюркское письмо стало важным атрибутом духовности кыргызов на Енисее и в Семиречье. Арабский путешественник Абу Дулаф (Хв.) свидетельствовал о наличие письменности и у кимеков. Археологические находки двух бронзовых зеркал из Прииртышья и Тарбагатая с древнетюркской надписью были прочтены С.Г.Кляшторным и атрибутированы как кимекские. Впрочем Джанаха ибн Хакана ал-Кимеки, пожалуй, можно считать первым известным нам писателем,   уроженцем  Восточного Казахстана, жившего, по всей вероятности,  в X- XI вв,  написавшего книгу на арабском языке о своем народе и государстве.

Разнообразно собственно кипчакское письменное наследие XII-XVII вв., охватывающее хроники, юридические документы, ярлыки, лингвистические труды, агиографические сочинения, военные трактаты, художественные произведения в прозе и лирике.

Этнополитические объединения IX-XII вв. огузов, карлуков, кыргызов, кимеков, кипчаков продолжили государственно-административные, военные и социально-культурные традиции тюркских каганатов. Схожесть общественного устройства, политической организации, их этнокультурное родство позволяет рассматривать время их существования как относительно цельный историко-культурный период степных империй.

      Исследование степной цивилизации периода ее расцвета в особенности значимо на материалах по Кипчакскому ханству (XI-нач.XIII в.), так как именно оно явилось последним государством с наиболее развитой системой цивилизацией, приспособленной к условиям хозяйствования в аридной зоне. В этой связи необходимо выработать новые подходы к изучению цивилизации степного населения Евразии, сумевшей создать возможности для освоения человеком аридных зон, недоступных для других способов хозяйствования. Номадная цивилизация, основанная на применении биологических объектов в качестве предмета и орудия труда, вела к максимально возможному использованию экологического потенциала степной зоны, что имеет не только актуальное теоретическое, но и большое прикладное значение.

Описание в древней и средневековой иноземной историографии тюркоязычных народов и племен Великой степи как кочевников, не знающих других занятий, кроме скотоводства и охоты, стало  обязательным трафаретом. Однако, в этом же блоке письменных памятников совершенно другие сведения сообщают независимые друг от друга средневековые авторы IX-XII в.в.  об освоении кочевниками  городской культуры. В частности, Тамим ибн Бахр, лично видевший кагана кимеков, свидетельствует, что около ставки кагана имеются селения и возделанные земли. Большую информацию о городской культуре огузов, карлуков, кыргызов, кимеков, кипчаков приводит ал-Идриси. Их города располагались по берегам озер, рек, неприступных горных районах, местах разработок полезных ископаемых. Значительная часть городов и поселений находилась на торговых трассах. Характерной    чертой этих городов было то, что все они были хорошо укреплены, в каждом из них располагалось войско с наместником.

Сильная каганская власть и запросы элитарной кочевой знати стали атрибутами социального заказа, стимулировавшего развитие высоких образцов ремесел и изготовление престижных предметов повседневного быта. Так, в кимекском городе Гагане имелась мастерская по изготовлению одежды из красного и желтого шелка, которую носили только знатные люди. «Из железа тамошние мастера делают предметы необычайной красоты», сообщает  ал-Идриси. Поэт ал-Джахиз (IX в.) воздает  хвалу  кимекской деревянной посуде, которая наряду с китайской посудой повсюду пользовалась  популярностью.

Тесная взаимосвязь  городской и степной культур в кочевом обществе привела к новации в сфере урбанизации, к появлению ремесленно-торговых городов, специализирующихся на производстве экспортных товаров. В том же городе Гагане делали искусные меховые одежды, а «купцы развозили их во множестве в другие страны» (ал-Идриси).

В целом наметившийся симбиоз степной и городской культур составил  подвижную структуру, определивший сравнительно высокий динамизм степной цивилизации.

Благодаря межпоколенной адаптации к географической среде и доминирующему скотоводческому хозяйству кочевые племена развивали традиции степной культуры, наиболее устойчивый блок которой был связан с особым феноменом, со степным образом жизни. Его глубинные истоки берут начало в бронзовом веке, стандарты утверждаются в сакской историко-культурной общности, дальнейшее развитие по линии преемственной связи наблюдается в тюркский период. В целом высокая степень преемственности характерна для степного образа жизни во времени и пространстве. При всех этнических и локальных вариантах были выработаны стереотипы в культуре, сохранившиеся в течение длительных исторических периодов. Особенно рельефно они проявились в материальной и духовной культуре, в нравственных и поведенческих нормах тюркских этносов.

В то же время степная цивилизация была обществом открытым, находилась в постоянном взаимодействии с земледельческими оседлыми цивилизациями, пользуясь их достижениями и обогащая их своими. В недрах степной цивилизации зародились такие мощные идеологические течения, как зороастризм, тенгрианство и ислам. Во многом еще предстоит исследовать процессы распространения  этих учений и верований и выявить их заметное влияние на развитие духовной культуры человечества.

Вместе с тем, на просторах Великой степи создается информационное поле повышенной коммуникабельности, приведшей к высокой степени преемственности хозяйственных, социальных, культурных и политических институтов, возникавших в разное время и сохранявшихся в течение длительных исторических периодов. Сложившееся в степной цивилизации историко-культурное наследие стало бесценным достоянием и неувядаемой сокровищницей как тюркских, так и в целом народов Евразии.